— Ну и вот, в какой-то момент показалось, что крыша окончательно съехала, — продолжил Олег Мясников. — Этот червяк снова и снова проталкивает меня по пищеводу. А потом еще глаза. Огромные. Я в них утонул, причем не один раз. Сколько — не знаю.

— Мы видели одно и то же, — резюмировал майор Казаков. — Вернее, надо сказать так: мы пережили одно и то же. Значит, это не было галлюцинацией. В черной пустоте нас всех действительно исследовал какой-то инопланетный «червяк». Возможно, так у них работает диагностическая машина.

— Инопланетный? — прищурившись, переспросил Док. — Ты, командир, произнес слово «инопланетный».

Казаков не ответил.

— А командир прав, — заявил старший лейтенант Семашко. — Если бы какого-нибудь дикаря взяли и стали исследовать в нашем медцентре, то он бы ничего не понял. Но — когда вернулся живым — всем туземцам родного племени рассказывал бы, что к его телу присосались десятки змей. Жалили в руки, пили кровь, вводили яд и все такое... Вот и мы здесь — такие же дикари.

— Значит, почтенное собрание склонилось к выводу, что нас похитил инопланетный космический корабль, — подытожил Доктор.

Никто не возразил.

— Мужики, что с Хохлом и Князем? Есть информация? — Тополь перевел разговор на другую больную тему.

— Меня последним «затянуло», — признался лейтенант Запорожец. — Причем уже в воздухе, будто специально, кувыркнуло через голову. Спиной вперед протащило. Я видел Омельченко и Князева. Они оставались в стороне от воронки. Лежали на земле, смотрели, но не стреляли. Наверное, боялись нас зацепить.

— Или не хотели, чтоб нам хуже стало, — мрачно добавил Людоед. — Оно и верно, я думаю, не стоит понапрасну инопланетный разум злить. Рассердится — схавает по-настоящему. С потрохами.

— Оружие — уже схавал, — грустно заметил Тенгиз Чабадзе. — Ничего не осталось, все пропало. «БАКи», штык-ножи, бинокли, рация. Даже запас еды исчез. И фляги с водой.